Конрад Лилиеншвагер

Этот поэт-мыслитель замечателен особенно тем, что природа со всеми своими красами для него, собственно говоря, не существует сама по себе, а лишь служит поводом к искусным приноровлениям и соображениям, почерпнутым из высшей жизни духа.

Четыре времени года

Поэма

1

Весна

Боже! Солнце засияло,

Воды быстро потекли,

Время тёплое настало

И цветочки расцвели!

Жизнью, светом всюду веет,

Мысль о смерти далека,

И в душе идея зреет

Поэтично высока!

Так законов изученье

Свет и жар нам в сердце льёт

И свободное теченье

Нашей мысли придаёт.

Так в разумном вертограде

Правых английских судов

Расцветает, пользы ради,

Много нравственных цветов!..

Всем явлениям природы

Придавая смысл живой,

К солнцу правды и свободы

Возношусь я так весной! –

2

Лето

Иду по ниве я, смотрю на спелый колос,

Смотрю на дальний лес и слышу звонкий голос

Весёлых поселян, занявшихся жнитвом

И живописно так склонённых над серпом…

Иду и думаю: так нравственности зёрна,

Так мысли семена пусть вырастут проворно

На ниве нравственной России молодой

И просвещения дадут нам плод благой.

Пускай увидим мы, пока ещё мы вживе,

На невещественной, духовной нашей ниве

Духовный хлеб любви, и правды, и добра,

И радостно тогда воскликнем все: ура!..

3

Осень

Ветер одежду зелёную

С дерева рвёт,

Всё в эту пору студёную

Вянет и мрёт.

Но и с главой обнажённою

Дуб вековой,

Полон своей непреклонною,

Мощной красой.

Крепкий корней своих твёрдостью,

Он без листов

Ждёт с благородною гордостью

Бурь и ветров.

Так над главой благородною

Годы мелькнут,

И украшенье природное –

Кудри – сорвут.

Но и с главою плешивою,

Силен душой,

Будет он горд пред ленивою,

Глупой толпой…

Он не наденет, с плачевною

Миной, парик;

Но красотою душевною

Будет велик.

4

Зима

Зима холодная! Тебя в укор нам ставят

Те, кои чуждое все неразумно славят.

Но мне приятнее родимая зима,

Чем пресловутая Италия сама.

Невольным образом наш холод жесточайший

Напоминает мне о родине дражайшей.

Идя по улице и отморозив нос,

С отрадою всегда припомнишь тот мороз,

Что нам в двенадцатом году помог французов

Прогнать и перебить, как самых жалких трусов.

Тогда вся кровь во мне кипит на холоду;

Я сам тогда живу в двенадцатом году,

Не чуя холода, ни ветра завываний,

Полн исторических, родных воспоминаний…

Дрожь в теле чувствуя, пылаю я душой

И родину люблю сильнее я зимой.

Я гордо сознаю тогда душою мощной,

Что Русь действительно есть исполин полнощный!..

Печатается по изданию: Свисток. М.: Наука, 1982.